По-соседски

Копалась как-то баба Маня у себя на огороде, глядь, а на грядке чайник лежит, грязный такой, закопченный. Взяла его в руки, повертела, авось, где сгодится. Открыла крышку, а оттуда дым, и нечисть какая-то вылетела да и повисла над ней.

– Ой, чур меня, – схватилась за сердце старушка. – Надо ж такому привидеться.

– Да нет, бабуля, я не приведение, я Джинн, – молвила нечисть.

– Какой такой Жин? –  еще пуще испугалась старушка.

– Хоттабыч по-вашему.

– Ну и че тебе надо, Хотубыч?

– Да мне-то ничего не надо, это тебе че надо? Ты меня вызвала, загадывай три желания.

– А, так ты заместо рыбки золотой? – сообразила баба Маня.

– Ну да, да, заместо рыбки, Кощея и, как ее там, Бабы Яги, – начал терять терпение Хоттабыч. –  Только желания я исполняю с одним условием – твоя соседка получит в десять раз больше, чем ты.

– Это чаво еще? – воткнула руки в боки баба Маня. – Я чайник нашла, а ей в десять раз больше? Это за каки таки заслуги?

– Не обсуждается, – отрезал Джинн. – Загадывай, или я оформляю отказ.

– Да, погоди ж ты, надо ж подумать.

Думала баба Маня недолго.

– А сделай ты мне так, милок, чтобы моя делянка кажный год давала мне картошки мешков тридцать.

– Зачем тебе столько, бабуля? Сама ведь не съешь, да и соседке твоей куда столько?

– А энто не моя забота, огородик у ней маленький, окромя той картошкти ничего не поместится. А мне чтобы с моей управитьcя давай-ка ты помошничка, дедка како не то.

– А ничего, что у твоей соседки десять таких дедков будет? – хитро спросил Хоттабыч.

– Ниче, все равно они от ей сбегут, ведь там кроме картошки жрать-то будет неча.

– Ну, а последнее твое желание?

– Последнее? Уже?

Оперлась на грабли, постояла так немного и вдруг засияла.

– А организуй-ка ты мне, милый, легонькой такой инхфархт.